В 1990-х годах Николаев эмигрировал в Берлин, где  обрёл международное признание, где продолжал работать до конца своих дней.  В  заграничный период жизни художник был тесно связан с Россией своими творческими проектами и часто приезжал в Москву. 
Его живопись и графика отличаются глубоким символизмом, экспрессией, выразительным "николаевским жестом", философской насыщенностью и поиском универсального языка форм, свободного от идеологического давления. 

Иногда его экспрессивные мазки сгущаются в причудливые зооморфные образования, которые, как кажется, должны вот-вот раскрыть свой секрет и обрести миметическое сходство с реальными существами и предметами. Разумеется, этого не происходит: значение художественного текста Николаева не поддается словесной, объяснительной формулировке. Оно лишь приоткрывает нам себя, напоминая о том, что пятна и линии – такие же живые и необъяснимые существа, как и мы сами.
Еще Платон в одном из ранних диалогов писал, что определенные комбинации линий и фигур могут обладать самостоятельной красотой, не связанной с изображаемым предметом. 

Но абстрактная живопись началась не с Платона, не с осознания красоты фактуры материала и не с геометрического орнамента. Она возникла в момент, когда художник наделил нефигуративные формы статусом знака – то есть правом не только на декоративную красоту, но и на отображение загадочного автономного мира со своей динамикой сил, со своим пространством и временем. 

Самая необычная черта  полотен Виктора Николаева – это их объемность, пространственная многослойность. Казалось бы, абстрактная композиция обречена на совпадение с плоскостью картины, но, нанося на уже законченные работы полупрозрачные слои водоэмульсионной краски, Николаев создает впечатление мерцающего в глубине значения, заманивает зрителя в бесконечное путешествие по созданной им вселенной, цель которого – не наслаждение "удачно" скомпонованными цветовыми пятнами, а интеллектуально-чувственный поиск формулы того спрятанного за поверхностью холста мира, о существовании которого свидетельствуют создаваемые художником визуальные знаки.

Для Николаева свобода была не внешним атрибутом, а внутренним стержнем, который он пронёс через всю жизнь. Виктор Николаев - художник, прошедший путь от московского андеграунда до берлинских мастерских, до созданного им тотального театра «Театра каллиграфии», но сохранивший свой уникальный язык. Его искусство — это поиск внутренней свободы в условиях внешних ограничений. Его работы — это код, который зритель разгадывает до сих пор. Рядом с ним в Проекте — созвездие легендарных имён: от Клары Голицыной до Олега Ланга, от Тамары Зиновьевой, Евгения Телишева, Александра Белугина до молодого поколения нонконформистов, Сергея Никитина и Артемия Лысикова.

Мы объединили ключевые работы мастера с произведениями художников его круга и близких по мятежному духу, чтобы показать непрерывность этой линии — линии независимого художественного высказывания.

Для Николаева, чья жизнь и искусство стали символом сопротивления догматам официальной эстетики, свобода была не политическим жестом, а единственно возможным способом существования в искусстве.